Глава 83
Грань бесконечности

– Почему ты ушла? – он рвался вперёд и почти проваливался в желтоватую пелену, встряхивая головой в надежде, что это лишь пелена его слёз, скрывающая висящее на стене тело. Но мягко принимая, пелена отталкивала, и он, еле удерживаясь на ногах, снова бился, разводя руки, пытаясь скрюченными пальцами прорвать помеху. Жёлтое стекло, вставшее стеной, отгородило его от пещеры, которая одновременно была внутренностью студии, и там, за ней, всё переплеталось, показывая огромные цветы и между ними вдруг знакомую изогнутую кушетку, колыхающиеся на дальних окнах шторы, открывающие неровные каменные стены, увитые яркой зеленью. Не слышались звуки: стоны и шипение стихли, может быть, тоже биясь изнутри в мягкую преграду.
Навалившись на жёлтую муть, Витька застыл, покачиваясь, напряжённо пытаясь услышать. Мелко стучала в висках боль, билось сердце, шумело в ушах, и в самом центре головы зудело тонко и режуще – беспомощность пела свою нестерпимую песню.
– Потому что надеялась уберечь тебя.
Continue reading →

Глава 82
Смерть в лесу

Как же это? Как? Как вышло?…
Кора застонала и попыталась повернуться. Кровь заполняла рот, а хотелось дышать, но голова застряла между камней прочно, и, слабо дернувшись, она смирилась и проглотила соленую жидкость. Затихла, глядя, как резные листья высоко-высоко чертят прозрачное утреннее небо. Бледное, ещё до Айны.
Левую ногу дёргало всю, так, что непонятно, где именно ушиб или что там ещё. А правая не болела. Будто её и нет вовсе. Кора испугалась, снова дёрнула головой. Рот опять наполнился кровью, и она, сглатывая, заплакала. Слёзы щипали израненное лицо, и высокие листья в небе расплылись.
Тенькнула утренняя птица. За ней ещё одна. Затрещала вдалеке воровайка, пролетая среди веток и посматривая бусинами глаз, чьё бы гнездо разорить? Клам-клам-кламм… – затоковал совсем недалеко лесной барабанщик, и Кора вспомнила: в детстве они становились в кружок, заложив руки за спину, кланялись по очереди всё быстрее и быстрее, хором говоря считалочку: «клам-клам, стучи в свой клам, кто проиграет, с того кожу сдирают…»
Continue reading →

Глава 81
Аа-Шши

Расписные тела шевелились по окраинам зала, ползли между валунов, приподнимая туловища и устремляя в лица лежащих взгляды янтарных глаз. Открывались пасти с чёрными плеточками языков. и, когда кто-то стонал или выгибался, шипение исходило из розовых глоток.
– Оннали… мама… Оннали… – детский голос проговаривал слова с безнадёжным отчаянием, и Найя повела глазами: кто-то здесь может говорить?
В клубке движущихся тел увидела мальчика с чашей в руках. Он, отходя от сестры, поворачивался к другой фигуре, карабкаясь на валун, расплёскивая воду, совал край чаши к раскрытому рту. Потом, сползая, снова бежал к сестре, огибая неровные выступы камней и почти наступая на шевелящуюся свиту. Найя сморщилась, глядя, как плавно текут следом за Мерути змеиные тела, маячат перед зарёванным лицом розовые пасти.
Continue reading →

Глава 80
Пленники Эдема

– Так повелось от Великого Ахашша…
– Ахашша…
– Жизнь важнее смерти, всегда…
– Всегда…
– Служение жизни – удел всех…
– Всех-х-х…
Открыть глаза… Входящий через мутную щель, зарешёченную мокрыми ресницами, красный, как сукровица, свет резал глазные яблоки. Но мерный голос, вторящий себе эхом, протекая в уши, пугал, и нужно было видеть, кто говорит.
Шевельнуть рукой, чтоб заслониться ладонью от света, и всё-таки открыть глаза… В запястьях затлел медленный огонь, горячей плесенью съедающей кожу. И было страшно, что нельзя повернуть голову и увидеть, не обнажилась ли кость от едкой боли.
Двинуть ногами… Нащупать ступнёй пол и убежать, пусть на четвереньках, не обращая внимания на боль в запястьях. Но щиколотки мёртво стиснуты, не повернуться…
Continue reading →

Глава 79
В пустоте

Он летел. Раскинутые руки обтекал крепкий ветер, и холод его был светлым и прозрачным, как чистое стекло. По шее трепались концы коротких волос, а пальцы ног шевелились от удовольствия – быть босыми на холодном ветру с севера. Севера? Где же тут север?
Оглядываясь, рассмеялся, и смех, ширясь, разошеёся кругами по ледяному текучему воздуху. Светлыми по темноте.
Под ним, он нагнулся, смотря ниже коленей, облепленных старыми джинсами, и ниже босых ступней – и вокруг него, и выше, – поднял голову, наслаждаясь каждым движением, – везде были миры. Круглые планеты с привязанным на нитке солнцем, плоские миры на уставших вечных слонах и больших черепахах, миры-луковицы из множества прозрачных чешуй, миры – кристаллы, вламывающиеся друг в друга, миры – груды старого железа, слепленного бесформенными кучами. И в каждом – свой север и свой юг, свои горсти звёзд и мерцающей радугой вставший над твердями воздух для дыхания тех, кто придумал, как выглядит мир.
Continue reading →

Глава 78
Сад Оннали и Найи

У Найи болели ноги. Лестница, по которой спускались, казалась бесконечной и была так широка, что двое терялись на ней, и каждый шаг казался мельче, чем на самом деле. Шли, сперва прижимаясь к стене, но чёрные дыры пугали, и они постепенно сдвинулись на середину лестницы, освещённую красным светом факелов. Раза два Мерути, не отпуская Найиной руки, боязливо подходил к краю без перил и вытягивал шею, заглядывая в чёрный колодец. Крепко держа его, она и сама пыталась разглядеть, что там, внизу, следя, чтоб не закружилась голова.
Оттуда же смотрели вверх. Когда купол стал похож на смутно видимую монету, Мерути остановился и сказал шёпотом, что хочет писать. Она, подведя его к чёрной дыре в стене, не отпустила маленькой руки, сторожко вглядываясь в сумрак. А после, оставив его на ступенях, сама сделала два тихих шага туда, куда не добирался свет факелов.
Continue reading →

Глава 77
Новая работа

Московский май был прекрасен. Просторное небо наваливалось кучевыми облаками на разбросанные среди парков группки высоток, и с холмов казалось, что там, внизу, в квадратах парков, домов, улиц и переулков всё немыслимо совершенно. Свет этого мая был лучшим для Витьки за последние несколько лет. Он будто пил его, отмечая все изменения света, а глаза хотели ещё и ещё. По утрам, просыпаясь, протягивал руку и, поддев уголок шторы, цеплял его за спинку стула, стоящего рядом с окном. Смотрел, как свет ползет с уголка подушки на щёку спящей Аглаи, меняется, становясь сочнее и ярче. Всматривался в тени от ресниц, от мочки уха, и будто сам исчезал в них, тонких, еле заметно ползущих. Зная, что, может быть, май этот для него последний.
Continue reading →

Глава 76
Проводы мастера

В маленьком доме на окраине деревни медленно ходил Акут, держа в руке глиняный светильник. Рыжий хвостик огня вилял и прыгал, но мастер знал, где что лежит, и, нагибаясь, доставал и бросал в сумку мелочи: чирок с кремнем, узелок с сушёным мясом, небольшую тыкву с узким горлышком, заткнутым пробкой из коры. Присев на постель, поднял с пола низку бус, которую делал для Найи и не успел закончить. Подержав на весу, тоже сунул в сумку.
Снаружи грузно затопали шаги, и он, поставив светильник, поднял голову. Стукнуло, и дверь раскрылась, показывая широкий силуэт Бериты. Она зашла молча, прикрывая за собой дверь. Мастер опустил голову и стал подтягивать ремешки сумки.
Continue reading →

Глава 75
Похищение Ладда-Хи

– Берита! Где ты, старая? – Кора завертелась посреди толстых стволов, оглядываясь по-птичьи. День шёл к завершению, и скоро в лесу станет темно, а ей так надо найти толстуху.
– Ой-йяя, бились, как серые слоны! – Кора шептала слова и жмурилась, снова и снова прокручивая в голове картинки случившегося. А Меру исчез потом, будто и впрямь убили его и уже схоронили. И снова – танцы, смех, музыка. Родители ходят от очага к очагу, сговаривают друг за друга детей, что провели дождливые ночи во временных хижинах. Девчонки опускают головы, краснея, а парни, наоборот, задирают носы, слушая, как хвалят матери их новую мужскую силу.
Да где же она, старая чертовка?
Прищурившись на густую тень под высоким кустарником, Кора шагнула ближе, развела ветви.
– Берита? Вот ты где! А… что тут?..
Знахарка тяжело поднялась с колен и выпрямилась, опустив руку с тускло блеснувшим в ней изогнутым ножом. Заступила непонятную в полумраке бесформенную кучу и пошла на Кору, тесня её от тонких стволиков.
Continue reading →

Глава 74
Эдем в пещерах

– Аа-Шшши…
Пульсирующими волнами – каждая следующая выше и мощнее предыдущих – сила входила в раскрытые пасти и вертикальные зрачки. А-а-шши… – и чешуи на плоских головах двигались, приподнимаясь, чтобы увеличить поверхность. Полчища собирателей, надёжно укрытые лесом, его листьями и ветвями, исчезали от взгляда и появлялись, будто из пустоты.
Люди уже отвернулись от центра событий, притягивавших внимание, и змеям надо было быть осторожнее, чтобы не показывать себя слишком явно. Но… аа-шши… Как мощно текла её невидимая кровь из людских сердец. Так мощно, что некоторые Владыки падали с веток, срываясь и некоторое время неподвижно лежали, не в силах скрыться в густой траве.
Continue reading →