Про пути неисповедимые

Я, когда вешаю отрывки в социалках, то даю ссылку на тексты, выложенные на самиздате, там у меня счетчики, там по ссылке читателю удобно, открыл, глазами пробежал, не понравилось – закрыл ушел.
А счетчик самого СИ – он весьма щепетильный, он показывает не все посещения всех произведений раздела за день, а только самую большую цифру. То есть, если к примеру, какой рассказик открыли десять раз, а романчик тринадцать, счетчик си покажет тринадцать, а никак не двадцать три. Такой суровый общий минимум, основанный на отдельном максимуме ))
Так вот, я уж забыла, когда давала ссылку на роман “Дзига”, но внезапно минимальный счетчик самиздата показал всплеск интереса в последние три дня. По сравнению с обычными в моем там разделе “два посещения, три посещения, лааадно, на тебе, автор, семь посещений” – сразу несколько десятков в сутки гостей у Дзиги.
И как узнать, откуда пришли (и кто все эти люди), непонятно. А было бы полезно знать )

Дерево-Николай. Рассказ

Посвящается Тамрико

DEREVO-NIKOLAI5460.md.jpg

А того, что его родители жили именно в этом доме, вернее, в старой времянке, которая стояла когда-то в глубине двора, отмечая собой границу огорода, Николай не знал.
Дом купить помогли тесть с тёщей. Вернее, тёща с тестем. Потому что у молодых, только вот расписались, откуда деньги-то. Хотя – были.
По вечерам, выкуривая последнюю сигарету на любимом своём месте, в дальнем углу двора, откуда частью виден был и парадный вход с большими воротами, и еле различимые в темноте грядки огорода (не подозревая, что старый мощный табурет стоит ровно на том же месте, где когда-то царила самодельная низкая тахта с ватным матрасом, на которой его, Кольку, зачинали родители: невысокий Петруха и жена его – длинная в шее и руках молчаливая Галя), Николай думал об этом часто, продолжая спорить, нет, ругаться с нелюбимым тестем и ненавидимой тёщей. Были деньги. А то и не стал бы с Иркой всякие планы строить. Хотя…
Он вминал окурок в консервную банку, и худые, как у мальчика, плечи поднимались, отмечая мысли, сейчас – недоумевающие, но сразу же резкое лицо кривила привычная от повторений улыбка.
Продолжить чтение

22 февраля 2017. Перелистывая написанное

Спохватившись, продолжаю вытаскивать из сундука свои рассказы.
Думала, успею перечислить достойные внимания до дня рождения, но если не успею, нестрашно, продолжу после.
“Мадагаскар для двоих” – первый мой настоящий рассказ, и я его очень люблю, в нем есть летняя кухня, огромный абрикос, в ветках которого можно прожить все лето, пуляясь косточками. Есть в рассказе вишневый компот, закатанный в трехлитровую банку (вы пили когда-нибудь компот из большой банки, только что открытой?).
И есть, конечно же, тот самый Мадагаскар, который у всех разный, но должен быть обязательно.
Судя по дате публикации, написан в 2007 году. Помнится, какой-то где-то был конкурс, что ли.
Картинка к рассказу честно утащена с выставки работ путешественника и поэта Игоря Сида (Igor Sid), то есть, я ее самолично сфотографировала на стене, в рамке, с разрешения автора.
Рассказ особенно не правила, пусть останется таким, каким и написался, чтоб я помнила, какой была десять лет назад )
http://tatuiro.ru/?p=80

30 января 2017. Роман дописан

я закончила первую книгу “Карт мира снов”. Это еще совсем сырой черновик, там множество мелочей, которые нужно увязывать и оттачивать, мир Башни Неллет большой и наполнен точными ритуалами.
Хорошая кропотливая и неспешная работа для наступающей февральской зимки.

21 января 2017. Работа над романом

Первая книга “Снов” подходит к концу. Когда я такое пишу или для себя понимаю, это значит, я могу еще пару авторских туда приписать, да и пусть пишется. Но чувство, что история хочет завершиться, есть, и хорошо. Особенно, если она очень громоздкая, эдакая многоходовка с кучей народу, реальностей, времен. То есть, сюжет делает привал, позволяя мне закончить часть и начать следующую.
Как правило, ближе к концу первой книги приходится писать главы не слишком приятные. Если бы я была маниаком, я бы обсасывала “кровь-кишки-распидарасило” по ходу всей книги, но мне в силу характера неприятно постоянно возиться в дурном, тем более автор не читатель. Читатель может плюнуть и перелистать, плюнуть и бросить, плюнуть и обвинить автора в чем попало. А автор вынужден вселиться, обустроиться, проникнуться, трансформироваться в любую писуемую им дрянь. Получить удовольствие от тех вещей, которые ему-личности глубоко чужды.
Так что, всякий раз я как перед визитом к стоматологу. Знаю, надо, и будет лучше. Но как же неохота и как же хочется перенести на потом!
Но раз я все это болтаю, значит, часть мрачного мрака в сюжете я уже асилила.
Помнится, что-то подобное я уже говорила во время написания другой книги, возможно, романа “Ястребиная бухта”, там есть сцена в подвале, где бухали крутые, приводя туда пьяных малолеток. И еще там есть глава, в которой Сека Беляш удерживает Нику в недостроенном доме, напиваясь и зверея у нее на глазах.
Вот этих монстров тоже писать было не менее сложно, чем нынешних нечеловеко-образных тварей. А куда денешься))

10 января 2017. Перелистывая написанное

кто о чем, а я о рассказах, да.
Вот рассказ из моих новых рассказов (это когда я уже немного перестала бояться собственных слов), то есть уже из “Сказок Леты”. С неоригинальным названием “Дай мне…”, которое рассказу идеально подошло. Так что, менять пока не буду.
Это начало известнейшей цитаты БГ “Дай мне напиться железнодорожной воды”.
В рассказе как раз о желании этой самой воды напиться и о том, какой разной она бывает для тех, кто случайно оказывается вместе в ночном купе.
А еще рассказ о демонах, не о сказочных, а обычных-привычных внутренних. Иногда, в определенное время и в определенных местах демоны бывают хорошо видны.
Рассказ еще без посвящения, хотя написан два года тому.

ДАЙ МНЕ

 

1 января 2017. Листая написанное

почти ровно десять лет назад я написала очень печальный рассказ. И в бездне тоски единственное светлое утешение в нем было связано со странным сном, что приснился героине с прозвищем, почти уже именем – Белка.
Сон, конечно же мой, я его героине отдала, как часто поступаю со снами.

“Во сне Белке стало от этого невыносимо одиноко. И от одиночества этого – спокойно и хорошо.

…Она стояла посреди огромного поля желтой пшеницы. Ветер расчесывал одинаковые стебли, гонял волну.
А прямо перед Белкой – нелепый кусок бетонного забора из секций с ажурными верхушками. Справа и слева – просто не закончен забор – ходи, куда хочешь.
И Белка пошла. Разводя руками упругие теплые стебли, обогнула справа серый бетон, заглянула осторожно за него. И, зайдясь сердцем от грустного восхищения, увидела огромных темно-красных птиц. Почти размером с Белку, они сидели, нахохлившись, или стояли, укрытые забором от беспокойного ветра. Перья – пламенно-рыжеватые, какие бывают у самых драчливых петухов – атлас, бархат, блеск. Так и хочется приложить ладонь и услышать, как заскользит она по шелку с чуть слышным скрипом свежевымытых стекол.
Белка стояла, смотрела. И понимала сейчас, в этом сне, что птицы – в утешение ей, только ей. ”

(март 2007)

29 декабря 2016. Еще раз Новый год

Оказалось, часто рассказываю, как мои герои встречают Новый год. Может быть, потому что позволяю героям встречать его в таких местах, где хотела бы оказаться сама. А может, просто уже много написала, и там у меня всяких времен годов полно и всяких праздников)

Отрывок из романа “Шанелька и Крис”

“Исполнение желаний. Бывает и так. Вот что было сказано Шанельке, в те новогодние дни, когда внезапно разыскал ее Дима Валеев, и почти в шутку она пожелала встретить Новый год не дома, в уютной квартире с елкой, а на диком скалистом побережье, на самом западе Крыма, куда ехать от Керчи пять часов с лишним.
Они стремительно собрались, устроив на заднем сиденье машины пакеты с банками оливье и упакованным в коробку домашним тортиком. И ехали, через мелкие дождики и снежную крупку, через удивительное стадо радуг, что бродило по бескрайней степи, тыкаясь в рыжие травы цветными прозрачными столбами. И, под невероятной низкой тучей, похожей на скомканный темный, почти черный бархат, подсвеченный снизу багровым закатным солнцем, приехали в маленький Черноморск, зимний, почти пустой, с ухабистыми безлюдными улочками и пустым маленьким автовокзалом. Тут встретил их тощий мальчик лет шестнадцати, в огромном пуховике, из-под которого торчали спичечные джинсовые ноги, уселся рядом с пакетами, и молча, моргая белыми ресницами, проехался к берегу, в тот самый дачный кооператив, где пару раз Шанелька отдыхала вместе с Крис и Тимкой в двухэтажном отельчике, набитом одинаковыми гостевыми номерами.
Продолжить чтение

29 декабря 2016. Дневник романов

Оказывается, два года назад я была с первой “Дискотекой”, но еще не написала вторую. Фейсбук напомнил.
Прекрасно, что я эти два романа все же написала.

25 декабря 2016. Листая написанное. Под облаком

Рассказ о грифонах Митридатской лестницы и мире, их окружающем.С огромным удовольствием я посвятила этот рассказ Тамрико, которая очень много сделала и делает для моих текстов, да и вообще она просто очень хороший человек.
Написан в 2013 году, относится уже к “сказкам Леты”, хотя героиню зовут Света )

ПОД ОБЛАКОМ