12 декабря. О “бесценных” подарках от печатной фирмы Ридеро.

Там калькулятор есть, на сайте, так вот, мой роман “Татуиро (демоны)” без малого 600 страниц в книге, изданной “Шико”, можно напечатать в мягкой обложке за 786 рублей (если заказывать один экз) или десяток книжек по 450 рублей.
Представляете себе 600 страниц в мягкой обложке?
Если обложка твердая, тададам… цена книги при минимальном заказе двадцать штук обойдется мне или читателю в 1250.95 ₽ за ОДНУ книгу.
А обычный уже малый тираж в сто книжек позволит снизить цену всего-то до полтыщи за книгу.
Какой-то я неправильный романист, с неправильными большими романами )))

28 ноября. Блэкаут год спустя (книжное)

фб напомнил, что год назад случился блэкаут.
Я тоже сюда вспомню кое-что оттуда, это селфи, например

и допишу новенькое, книжное:
попыталась подсчитать, сколько книг я прочитала за год, старт как раз и был запущен во время блэкаута, надо же было как-то спасаться в кромешном мраке и безысходности.
За год с ноября по ноябрь я прочитала больше семидесяти книг, в основном романы, точного числа сейчас сказать не могу, так как открывала автора в сети и прочитывала у него все, что давалось прочитаться, три романа – хорошо, три, пять – пусть будет пять. Потому что читала, в основном, большую литературу, и там, что ни возьми, все получается незряшное.

4 июня. Картинки

при переезде Книжного Шкафа найдены были два утерянных было сокровища.
Один из томов “Братьев Карамазовых” – подарочное издание на чересчур белой лощеной бумаге, читать совершенно невозможно, но с изумительными иллюстрациями Ильи Глазунова, идеально именно книжными иллюстрациями.

и “Сказания о титанах” Якова Голосовкера, удивительной силы и красоты авторское переложение античных мифов древней Греции

12 мая. про ограничения

вчера я заполняла форму для размещения одной своей небольшой прозы в магазине электронных книжек. В итоге совершенно по моим понятиям целомудренная проза потянула на крепкие 18+ (герои в постели курят после секса, рассказывая друг о другу о печальном – то бишь о сцене насилия и жестокости над животными, и вот же сволочи, никак не выразили своего отрицательного отношения к табакокурению и не призвали читателя к..), и я снова напомнила себе о том, что быть в наше время неиздаваемым писателем – это гарантированно сберечь нервы и здравый ум, не напрягая его размышлениями, куда бы в тексте впихнуть фразу про ай-яй-яй дорогая ты снова куришь вопреки минздраву…

Дай почитать…

Давали не всем, потому что некоторые читатели книжки не возвращали, заигрывали, о них и слава такая нехорошая шла. «Не вздумай ему давать книги, мне Алл Петровна говорила — возьмет и не вернет потом!»
В гостях…
Если в первый раз (а если интересно, то и во второй и в третий) — сразу к книжному шкафу, где на полках куча знакомых обложек — выстраданные в обществах книголюбов подписные издания – «подписки». У всех, кто с книгами, стоял Пушкин, Некрасов, Лермонтов, маячил среди благородных тисненых корешков Маяковский — белый, с большими красными буквами.
Продолжить чтение

Прочтение

а вот если кому интересно, то мой герой, конечно, Лоуренс Даррелл, и восхитительный его “Александрийский квартет”, в великолепном переводе Вадима Михайлина.
Я не хочу сказать, что эта книга – Самая Большая Книга в мире, и для меня тоже, но то, что она очень повлияла на меня и на то, как и что я пишу (и что собираюсь писать), это точно.
И прекрасно, что повлияла на меня такая сильная и, без моего восхищения и любви, очень даже настоящая, талантливая книга большого, настоящего писателя.
Лоуренс Даррелл говорит о сексе так, как никто из писателей, на том тончайшем уровне, где отношения полов вплетены в мир полноправно: они влияют на реальность, и реальность влияет на них. А не так, как бывает чаще – о, это грязно, фу и фу, влепим ограничение, а это высоко и небесно, уберите от любви ваши грязные похотливые лапы…
Писать на таком уровне (не как Лоуренс, а – на таком уровне) – очень достойная задача, я думаю.
И еще я готова, конечно, к тому, что и истолковано написанное будет не так, и востребовано будет не очень, потому что
“ковбой, зачем ты красишь лошадь в разные цвета? Давай лучше…”