снимала Диму, не Диму, который Дима, а другого Диму (не менее замечательного). Дима прекрасен, и если разрешит (уже разрешил), я кой-какие фотографии покажу всем-всем.
А еще в городе зацвел церцис и пора идти здороваться с церцисом, пока он не отпустил в небо тысячи тысяч пурпурных мотыльков, для того, чтобы… (тут может быть красивая легенда, если я ее когда-нибудь напишу))
Вот церцис, который в те сезоны снимал мой фуджи
Это было очень красиво, и потом я долго сидела в редакторе, пытаясь рассказать кнопочками, как же это была на самом деле, хоть приблизительно. Расстроилась, не очень сумев, но снимок таки сохранила, помня, что через время он становится похож, вернее, работает напоминанием, вызывая в памяти ту самую великолепную картину. Вот и пусть говорит мне, какое облако стояло под солнечно-облачной рябью – невероятного цвета и фактуры, похожее на дворец оттенков пера горлицы в сумерках…
Сухие травы на снимках получаются прекраснее, чем зеленые, хотя смотреть я люблю на всякие травы, и зелень, с ее явно видимой живой ослепительной кровью в жилках стеблей и травин, меня чарует. Именно это слово, которое я редко беру, но тут оно точное.
Это трава еще зеленая, но уже с колосьями, надо определить, что она такое. Самая красивая сейчас, радужная на просвет.
Правда, солнца почти не раздавали, но цветы были во множестве, травы сказочные, так что нормально погулялось
картинки лучше открывать рядом в полный размер
О, лобзик мой! Ты электрическ!
(еще тяжел, гудящ и лазером светящ)
Мама моя таки повлеклась в поликлинику с новым полисом в руках. Окулист ей нужен, насчет катаракты советоваться. Вернулась несколько ошарашенная. А говорит, на весь год все расписано и занято, теперь запись к врачам идет на 2016. На улице май 2015 года. – А мне теперь что, – спрашивает мама в регистратуре. – Не знаю, – пожимает плечами дева в белом халате, – идите в другую (поезжайте в другой городской район), может, там людей поменьше…
Писать роман мне одновременно весело и очень трудно, у меня уже давно так тяжело не шел текст (или я всякий раз так думаю…))). Почему трудно, я уже писала, а вот весело по двум причинам. В нем появляются герои, у которых нет реальных прототипов, и когда они вдруг оживают, я гордясь, начинаю к ним испытывать. То нежность, то раздражение, и эдак переживаю вместе с Ленкой, и чего-то там им желаю. Вторая причина для веселья чисто профессиональная и потому сама веселюсь, в одиночестве. Мое стремление к простоте текста, чистоте текста (при постоянных опасениях не порубить его на мелкие неживые куски или высушить насмерть) результаты приносит. Текст хорошо читается и не видно, как сделан, а потому кажется совсем простеньким, легким в исполнении, ну чего там, села да написала.
А значит, привет, новые авторские страхи! А вдруг он никакой, а вдруг не запоминается, а вдруг, а вдруг…
Хорошо что я знаю о своей привычке копить страхи, а значит, стараюсь с этим справляться.
из комментария:
Еще фактор: я отслеживаю сетевые библиотеки, и во многих из них лежат книги, пропущенные через программы чтения, и они без правок. Человек читает книгу, в которой множество компьютерных косяков и опечаток. Грамотности такое чтение вредит, а что поделать-то, я например и сама почти все сейчас читаю в сети, шрифт в книгах для меня мелковат и неудобен. Но я знаю, что это снижает грамотность, потому и покупаю у букинистов книги издания от 40-х годов до 80-х, там профессиональная корректура и только в книгах этого периода нормальный грамотный, нам современный язык. Или же нужно обязательно следить, где читаешь книгу в сети. Потому сейчас даже читающие и думающие пишут неграмотно, я с этим сталкиваюсь очень часто)
“Мир состоит из множества вещей, явных и скрытых. Невозможно познать их все, но можно приблизиться к пониманию законов, по которым живет мир. Без этого знания будешь цепляться за мелочи, и они похоронят тебя под собой, как хоронит себя земля под слоем старых листьев.”
По дороге с горпляжа была подвезена старой машинкой, обклеенной триколорными наклейками с медведями, рвущими крылья плачущим орлам, за рулем – дедушко одуванчик, на переднем сиденье некто слегка дедушки помоложе, весь из щетины и громкого голоса. За пять минут поездки была приглашена на рыбалку, выпить водки, эх прокатиться (на рыбалку выпить водки), к общению на “ты”, обозвана Леночкой, приглашена в кабак, снова на рыбалку, поздравлена с тем, что подвезение меня – однозначно первое доброе дело за день, и уверена собеседником в том, что мы конечно же где-то встречались.
Отказалась от всего оптом, но узнала, что бычок ловится хорошо, а в затон пришла ставридка (вот почему все берега в рыбаках гроздьями)
