пошла я тут в ЖЖ (часть вторая основная) найти интересного человека, а ника не помню. Дай, думаю, ленту покручу, вдруг он там.
Кручу и восхищаюсь, вот красота, картинки крупные, люди умные, тексты развернутые, после фбшных через один “дай лайк и перепости, а то не откроюсь дальше” – сплошное отдохновение.
И чего это, думаю с раскаянием, я ушла из такого прекрасного умного места…
И тут лента останавливается на второй странице. И дальше ее просто нет. Или мотай вперед, Лена, и читай снова две первых, или же исхитрись, вручную в адресной строке смени цифирку 20 на цифирку 40 и загадай желание, чтоб после сорока записей лента таки перевалила на следующую страницу и позволила себя прочитать дальше.
Тут я и вспомнила некоторые отчего и почему…По десять раз вводимый и непринимаемый пароль (кстати, у меня так и вмерзла на входе красная строчка о том, что пароль неверен, пережила два лаптопа и две винды). Посты, исчезающие бесследно при нажатии кнопки “отправить”. и так далее.

Тыкву мы не часто едим, так сложилось. Надо бы это изменить.
Ну вот, а мами на базари дали в нагрузку ломоть и он послушно лежал в холодильнике три дня.
Вчера я в ночи вдруг испекла печенье, как всегда весьма приблизительное.

Вот репцепт, над которым я поиздевалась, а вообще, он странный – куда-то там девались по ходу 50 г маргарина, ну и фотография каких-то слоеных полосок прикреплена.
Они ли получились бы, не знаю, ибо в процессе все поменялось.

итак:

http://www.omolody.ru/recipes_ru/pumpkins.htm

Тыквенное печенье (слева исходник, справа в скобках – что делала)

2 яйца                                (угу, да)
тыква 170 г                        (а взяла весь ломоть, наверное, грамм 700 в сыром виде с кожурой)
сахар 3\4 стакана             (да)
мука 2 стакана                  (на глаз сыпала, доводя до консистенции)
маргарин 100 г                  (не было, нашла в сусеках смалец и растительное масло, перетопила, смешав)
сода        1\2 ч.л                  (так как тыквы больше, то соды взяла чайную ложку)

а еще у меня нашлись корица, кунжут и ванильный сахар.

Яйца взбить с сахаром. Тыкву порезать кубиками и испечь в микроволновке. Моя пеклась минут десять на максимуме под плотной крышкой. Отскрести от кожуры и размять вилкой в пюре.
Смешать с яйцами-сахаром.
Вмешать теплый топленый смалец (маргарин, масло)
Всыпать соду.
И плавно добавлять муку, пока тесто не станет густым, как на хорошие оладьи. Положенное на противень ложкой, оно не должно растекаться плоско, потому что тогда подгорят краешки, но и чересчур крутым делать не стоит, его жеж есть потом.
Добавляя муку, добавляем молотую корицу. Ванильный сахар. Кунжут. Чего там еще у нас…

Выкладываем на разогретые, смазанный растительным маслом противень – лепешками.
Когда станут совсем загорелыми, вынимаем и в глубокую миску, под полотенце – остывать в уюте.

Я ленюсь фоткать еду, так что опишу словами. Оно мягкое, сдобное, коричневое и сверху гладенькое. Такие лепешечки, на вид проще, чем на вкус.
Очень вкусное.

И, кажется, ушла из жж. К себе, а не в другие социалки.

Книга будет содержать примерно 230-250 страниц и будет именно книгой, а не альманахом и не журналом. Количество авторов – 11 человек по предварительному списку. Если вдруг появится возможность и необходимость создания следующей книги, то число авторов не будет превышать семи человек.

Такое ограничение необходимо для того, чтоб не создавать винегрет – короткую нарезку, а проявить уважение к писателям и читателям, позволив первым представить несколько своих текстов, а вторым – запомнить то, что понравится.

Поэзии в сборнике будет меньше, чем прозы. В два раза. Но каждый поэт получит возможность показать читателям не одно и не два, а сразу довольно большую подборку стихотворений.

Список авторов я опубликую позже. И, если со всеми удастся держать непрерывную связь (лето, лето на улице!), то и небольшие заметки о каждом из них будут опубликованы на портале.

Пожелайте нам удачи. И мы – себе пожелаем.

Кстати, название сборника – рабочее. Уточняется пока.

ЗЫ. И вообще все развеселое и задумчивое о работе над книжкою буду писать здесь. Или на портале…
А то как-то слишком официальна новость…
КНИГОЗАВРРРРРРРРР

июнь 2008

май 2008

Словом, не было ходу. Шатались зарницы
в пеплистых высях, и мерзло в висках.
С бирюзового пруда тянуло корицей.
Буддами жабы стояли в носках.

Преклонясь бородами — над ними корпели,
трогали прутиком с разных боков.
До озноба, до сложных в зрачках акварелей
взгляд уходил в земноводных богов.

Редкие прыгали — так, для блезиру,
в кожах играла звезда со звездой.
В очерке спин обнаружили лиру,
а опрокинув — живот золотой.

Вечность твердела, и вот, смущены,
разгадать не посмевши волшебных зверей,
чарами их будто спущены в сны,
в барельефные сны вавилонских царей.

Проглотили по камню, и трудно дыша,
кто-то из нас, уплощаясь, сказал:
“Почивает далече царевна-душа.
Это химеры”, — и долго моргал.

“Мы ворвались в ловушку, продолжим движенье”.
Но рассвет просушил астрой тьму, как опрелость.
Нас араб обманул. Жаб остыли каменья.
Мы — пришли, и уже никуда не хотелось.

Лежит вот здесь

Всякий раз, приезжая домой, я знаю, что после первых разговоров, первого домашнего обеда и первых звонков, – подойду к книжному шкафу и достану одну из трех книг Хэрриота. Наугад. Без разницы — первую, третью ли по хронологии событий. Все три читаны множество раз и почти выучены наизусть.

И всякий раз радуюсь, что книги не тонкие, обстоятельно написаны и неторопливы. Я буду таскать потрепанный том из комнаты в комнату, прислонять к сахарнице в кухне, и класть на пол у кровати, засыпая. Одновременно прочитаю еще несколько книжек самых разных авторов, для меня новых. Но книга сельского ветеринара Хэрриота все равно будет лежать на глазах, поблизости.

О ней можно всеми привычными штампами. И вопрос задать — так в чем же загадка записок «потрепанного коровьего лекаря», как сам он называет себя с иронией. И вот это написать — книга дает развернутую картину жизни сельской Англии на протяжении почти всего 20-го века — с 30-х годов и практически до наших дней… И — мягкий английский юмор, любовь к своей стране, несмотря на суровый быт и тяжелейшую работу…

И все штампы будут оправданы, все они будут на своем месте по праву. Потому что говорить об этой книге можно и нужно только хорошее. Но так хочется найти свои слова. Потому что все написанное выше можно заменить одной фразой, сказанной убедительным голосом «читайте Хэрриота, читайте!».

Но сейчас, много времени проводя в сети и читая талантливые тексты непрофессиональных авторов, я вспоминаю Джеймса Хэрриота еше и по другой причине.

В одной из книг трилогии Хэрриот рассказывает, как стал писателем. В очередной раз повторяя жене, что вот этот рассказ обязательно войдет в будущую книгу, он услышал спокойное «ты уже никогда ее не напишешь. Тебе пятьдесят, а ты еще и не начинал, только обещаешь». Любящая жена успокоила расстроенного Джеймса тем, что очень многие хотят написать книгу о жизни, но так и не делают этого. Ну и что? Разве становятся они хуже?

Но взятый за живое, ветеринар сел и — написал. Причем совсем не то, что собирался. Он замысливал цикл веселых баек из жизни сельской Англии, короткиеистории о забавных случаях из своей богатой практики, наблюдения за животными, которых приходилось лечить. А написал — Книгу. В которой есть все. Летний зной вересковых пустошей и ледяные ветра горного перевала, забитого снегом… Любовь, одиночество, дружба, преданность, изредка — зло и беспомощность. Печки, автомобили, конные повозки, йоркширские пудинги, стога, сараи, рыночные площади в базарный день, фермеры на полях и маленькие собачки на коленях аристократок в роскошных гостиных. В ней — люди. И, конечно, в ней — животные. Но они не отдельны. Жизни их и все их существование столь тесно переплетено с жизнью вообще, что обозначить романы Хэрриота как «книги о животных» – это совершенно ничего не понять в прочитанном.

Я пью чай и в сотый раз читаю о кесаревом сечении у коровы. Со всеми подробностями. И пить чай мне это не мешает. За всю читательскую жизнь могу припомнить лишь одного автора, который смог столь убедительно вкусно описать откровенно невкусные вещи. Это Юрий Рытхэу, после романов которого я долго была уверена, что китовый жир и нерпичий глаз — ого-го лакомства и для европейца.

Вот так это и бывает. Пятидесятидетний ветеринар, вся жизнь которого прошла среди холмов Англии, от вызова в праздничный день к вызову в самый глухой ночной час, садится и пишет мощную, великолепную книгу, талантливую и убедительную, как сама жизнь. Не имея литературного образования, не привлекая за жалованье шустрого книггера для обработки текста, не имея особенного времени для литературных упражнений в виде пока еще слабеньких рассказиков, но вот погодите ужо — натренируюсь…

Понятно, что это не рецепт написания шедевра и бестселлера. Но это рецепт для тех, кто читает современников. Если читаете книгу, читайте именно ее, а не рекламу в глянцевых журналах и не цену на обложке, не скандальную хронику об авторе и не сведения о его регалиях, публикациях и доходах.

И тогда, вполне возможно, вы не пропустите Свою Книгу. Книгу с теплой душой.

А еще скажу я вам убедительнейшим голосом, глядя в глаза и держа вас за пуговицу, чтоб дослушали, не убегая, и запомнили, – прочитайте Хэрриота, его в сети полно. Это очень хорошая, очень добрая и смешная, временами грустная и трогательная настоящая книга.

О всех созданиях — больших и малых

О всех созданиях — прекрасных и удивительных

И все они — создания природы

Май 2008

На нижнем фото Рыжица орет на своего другого брата – Шашу. Так, на всякий случай…

Вчера Рыжица застряла в оконной решетке и грозно выла басом – пугала решетку, конечно. Когда Рыжица пугается, она тут же начинает стращать весь мир вокруг. Уважаю.
А у Дзиги негритянские губы, в профиль видно, какие толстые и улыбчивые. Он с ними похож на раскрашенного джазового негра.  Сам он считает, что в жилах его – толика крови мавра Отелло. Так и есть, Дзига, да-да-да. (потому полное имя его – Дзига Маврович Брюненджи) 

Говорить о них я, понятное дело, могу долго. Снимков в архиве тоже несколько побольше, чем я тут повесила)))

Но не все котам масленица. Есть и другие дела и приятности, с котами не связанные. Наверное. Может быть…

С днем рождения, домашние демоны, живите долго!

Горпляж, Керчь. Апрель

жж архив 2008