Основное место действия – некая запредельная реальность, абсолютно другой мир, куда уносит девушку Ладу из самого тягостного и жесткого эпизода первой Татуиро. То есть, внезапно для самой себя я угадала с форматом и написала о попаданке и о попаданстве в целом.
В змеиной Татуиро пришло время объяснить, откуда же эти самые змеи-татуировки, метящие людей, отягощенных даром, явились. То есть, сначала я так и хотела оставить их чистыми символами, аналогичными всяким воображаемым друзьям, с которыми в разные периоды жизни некоторые из нас ведут беседы.
Но рисованные на коже змеи с каждой новой написанной страницей двух книг становились живее и живее, и какие уж там символы, если – воцарились в отдельно взятой книжной реальности.
Сама героиня с недоумевающей досадой характеризует первые впечатления от нового места обитания – какая-то передача “Вокруг света… Сплошные туземцы и джунгли…
Яркое и резкое впечатление из которого выросла тональность книги – посмотренные когда-то документальные кадры, о драке диких мужчин, да, в этих самых джунглях, там один другому рассек горло и кровь не текла, она била длинной струей, рассыпаясь в мелкую красную пыль, орошая глянцевые листья. Это было сокрушительно вразрез с привычным и потому незамечаемым недодумыванием деталей. То, что повергает в шок людей, столкнувшихся к примеру с тем, что кровь раненого человека – пахнет, что ее – много, что кажется – она везде. Это сбивает с ног. Эпизод в данном случае – чистая символика. Мне нужна была эта книга, чтобы проверить, могу ли я пощупать совершенно воображаемые вещи, осязать их, а не просто механически перечислить признаки, ритуалы, географию, природу…
Могу ли – сделать мир по-настоящему живым, наполнить кровью, которая пойдет по венам и артериям текста, работая, а не просто – вот мы истекаем клюквенным соком (с)
Так что попытка передать (и самой ощутить) восприятие окружающего мира змеями, существами, лишенными эмоций, но разумными, не машинами, а – холоднокровными созданиями, в концепцию книги встроилась очень даже логично. Чужой мир, совершенно и абсолютно. Чужой язык. Чужие мысленные установки. И в нем, в этом мире – еще и наличие чужого разума в совершенно чужих анатомически телах. Но две расы переплетены и сосуществуют.
Это тот уровень глубины сюжета, до которого я попыталась донырнуть. А внешняя канва вполне себе ярка, сочна, полна событий и приключений, мистики и экзотической бытовухи.
Книга должна была издаться в том же Шико, но роман попросту продинамили, хотя договор я подписывала на издание всей трилогии. Внятного ответа, почему же книгу не захотели издать, я не получила, Потом несколько моих друзей списывались с издателем насчет издания ее за собственный читательский счет (и издатель согласился), но для этого мне самой нужно было делать корректуру (мой поклон и горячие благодарности Тамрико Салаховой, профессиональному корректору, которая проделала гигантскую работу, подарив мне свое корректорское время), редактуру и верстку, тут произошел затык, тк верстку я не умею, да и не считаю нужным уметь, мне писать бы учиться и учиться.
И саму Тамрико и меня тоже сильно удивило замечание издателя о том, что книга не пошла в печать из-за моей кромешной неграмотности, мол, издательский корректор запросил пощады, не справляясь с огромным числом ошибок в тексте.
В любом случае на бумаге книги нет, оба тома выложены в сети с 2014 года (после нескольких основательных правок) и за это время текст заработал целый один отзыв от абсолютно стороннего читателя на Самиздате! Но отзыв чудесный, да, я его с удовольствием процитирую:
————-
8. Alera 2014/09/03 09:06
Осталось дочитать совсем чуть-чуть. И уже жалко, что скоро текст закончится. Прекрасный язык, по-моему. Красочно и интересно. Как замечательно, что НЕ примитивно, НЕ просто! Это НЕ тупой квест. Автором накоплено множество жизненных наблюдений, есть эпизоды, которые потянут на шедевр, пожалуй.
Автору – успехов!
————-
Отдельная моя благодарность именно за эту книгу двум удивительно мыслящим моим друзьям. Кори – за помощь в создании нового имени девочки Лады (Вамма-Найана, несущая свет, короткое имя – Найя), и Лене Коро за работу с мифологией змей и концепцией их энергетики (сбор человеческих эмоций в змеиную силу аа-шши и великий первый змей Ахашш). Благодаря им имена и термины не высосаны из пальца, а взяты из реальности мифов.
Написала я тут много, но и книга очень не маленькая )
Картинка с великим Ахашшем найдена в сети, подошла идеально.
Авторское примечание. Я благодарна этой книге за то, что она научила меня упорству и усидчивости, и за уроки – как технически воплощать безудержное воображение в ясно изложенную реальность.

Вторую книгу трилогии я начала в 2008 году, в мае, закончила в июле 2009 года. Она больше, примерно 19 а.л, толстая книжка, а написалась быстрее, тк многие технически-моральные вопросы были на тот момент для меня решены. Например, вопрос о формате и объеме книги. Решение – плевать на нужный формату объем, и на “книга ориентирована на такой-то круг читателей” тоже плевать.
В итоге получился напрочь мистический роман о том, кто же вокруг главного героя человек, а кто на самом деле демон, кто же демон по призванию, а кто демон программно и не убежишь от предназначения, как ни старайся…
Основное место действия – зимнее побережье восточного Крыма, Азов, ледяные морские ветры, перемешанные с ярким солнцем. И вторая сюжетная линия – Москва, где остается девушка Наташа и старый фотограф Илья Афанасьич, спрятанный за вычурным псевдонимом Альехо Алехандро.
Витька Саенко пытался сбежать из столицы, от людей и интриг, чтоб наконец, привести в порядок мысли и свою жизнь, привыкнуть к новому состоянию. Но события в тихой глубинке оказываются такими мрачными, и так активно вторгаются в его отшельничество, что приходится ему вместо мыслей и дум кидаться в самую гущу и на всякие там амбразуры. Он идет работать на местного царька-князька крутого бизнесмена Яшу, а тот оказывается как раз не человеком.
Там много всего, в этой книге, и главное в ней то, что мне не пришлось ничего придумывать, в том смысле, в каком до сих пор я полагала работу воображения – сидишь эдак и придууумываешь ситуации и героев. И – монстров. Так вот, живьем я конечно, описываемых чудовищ не видела (как не видела и живого кашалота, обратную сторону Луны и проч), но я просто садилась и писала то, что говорило и подсказывало мне мироздание. И деваться мне от указанной дороги и показанных картинок было некуда, и смягчить или усилить их я не могла. Так что демон места оказался так неприятно страшен и гадостен во всех своих ипостасях, что я его временами до сих боюсь и мирит меня с его существованием лишь то, что одновременно с темнотой существует и свет, про это мне тоже сказалось и написалось)))
Книга издана в том же “Шико” в 2011 году.
С чтением обеих книг получилось смешно. Кто читает первую книгу, тот разочарован многословием и многими уровнями второй, а кто плюется от чрезмерной легкости и форматности первой книги, с удовольствием читает вторую.
Авторское примечание^ я довольна очень и очень многим в этой книге. И рада за то, что я не стала ее облегчать и упрощать, а писала, что писалось само.
По окончании черновика я прочитала прогремевшие тогда страшные новости о станице Кущевской и стало мне страшно, от некоторых совпадений, уныло и страшно. Нет, в романе нету кровавых массовых убийств, но вот уклады, новый местный феодализм, когда кто-то царит, устанавливая свои законы, а вокруг – тишина, боязливый покой, обеспеченный страхом и подачками с барского стола, это вот – общее. И феодальное отношение к женщине. Никакой мистики в совпадении я не вижу, просто ужасно хотелось бы, чтоб описываемое оставалось в пределах книжной обложки, как страшная сказка о демонах. А закроешь книгу – они все равно есть. Такие дела.
В целом книга читается как большая готическая сказка. Сказища, полная моря, рыбы, волшебных змей, разных реальностей, зимних холмов, птиц, любви и приключений.
Книга посвящена Алексею Уморину.
Отдельное спасибо этой книге за вложенную в нее “Книгу змеиных времен”, которая позволила мне й-эхх, оторваться, сказочно общаясь с любимыми травами, и которую я надеюсь пополнять и со временем выложить отдельной страшной яркой сказкой…

Была начата в 2006 году, сначала писался небольшой игрушечный рассказ, потом мне стало его маловато и я отпустила текст, пусть пишется, как хочет. Получился роман приблизительно в 10 авторских листов.
Основное место действия – Москва. Средний обычный вполне парень-фотограф вдруг оказывается отягощенным талантом, даром, и книга прослеживает, как развиваются взаимоотношения человека и его дара, очень непростые.
Мистический пласт текста – татуировка в виде змеи, которая и является символом дара. Она теперь навсегда с героем, она ему помогает, но она же и требует совершенного изменения жизни. Все, что случается теперь с Витькой Саенко – его работа, отношения с женщинами, внутренний рост, моральные разборки – уже не является лишь его личным делом или делом социума. Все он вынужден соотносить с тем, что является носителем дара.
Написан роман вполне нормальным, не замороченным языком, и вышла в итоге книга формата “сел-увлекся-прочитал”, по объему ее вполне можно осилить за один раз. В романе есть люди, их работа, любовь и немного секса, оживающая татуировка – то змея, то женщина, мастер мистических татуировок, странные ритуалы, немного самокопаний и философии, и даже убийство.
Роман можно считать фантастическим (кому это удобно), а можно отнести к жанру хоть магического, но – реализма (тот, кто всерьез разговаривает с облаками и деревьями, меня поймет).
Книга писалась два года, закончена в 2008 году, издана в “Шико” в 2010.
Планировала я ограничиться одним романом (который вместо рассказа)), но концовка оказалась открытой и потребовала продолжения…
Авторское примечание: с литературной точки зрения в книге есть кое-какие находки и кое-что достойное моей гордости и внимания, но разумеется, для меня это первый блин, я мирюсь с тем, что он для меня комом, и сейчас я таким языком книгу бы не написала, но что выросло, то выросло, я этой книге благодарна, и в основном как раз за то, что она упорно потащила меня на нужную мне дорогу, не захотев кончаться совсем. Пиши, Лена, сказала мне татуированная чужая змея Ноа, пиши и пиши…

«Когда в облаках останется свет семи звезд и все над водой, — на склоне у моря станет немер-трава-на-крови. Закрой, чтоб не лгали, глаза, пальцами слушай цвет. Немер-багровый — старая кровь, знает все смерти, что были, не трогай его, чтоб твоя не нашла тебя. Немер-пурпурный — кровь древнего зверя. С него два верхних листа, что на море смотрят, сверни, под язык на три дня, едой не запутывай. И утром четвертым, до солнца, узнаешь речи воды. Слушай, молчи и вода скажет больше. Но самое счастье твое красный немер найти, Немер-Кровь. Ластится к пальцам, как мех молодой лисы, до первого лиса ее. Из верхней почки выдави крови травы, пусть капля по стеблю сбежит. Вскрой кожу ладони, добавь и своей крови под корень травы. К новому рту от ножа — приложи новый лист, взявший две крови. К морю лицом становись. Откроешь глаза и увидишь над звездами — всё. Но до солнца успей, свет его злит немер-траву-на-крови, и злой сок из листа Немер-Крови отравит тебя…»

(картинку сделал фуджи три года назад)

Черный пианист твоих сновидений,
черный человек сквозящим движением
тонких пальцев по клавишам черным
замыкает время петлей Аримана,
мелодия неизбежна, невыносима,
закольцована, снова и снова…
Змеем черным, двойником, черным братом,
приходящим жрецом, маленьким, зрящим,
нежной каплей мгновения размыкает
узы пойманного в ловушку времени…
Что за остров там? В грезе зыбкой
на скалах жрицей мигу внимаешь..

 
Есть древний авестийский миф о сотворении. Создатель Ахурамазда сотворил идеальный мир – Меног, затем по образу и подобию первого сын света создает материальный мир – Гетиг. В новорожденный беззащитный мир врывается сын тьмы Ангро-Магью и нарушает его целостность. Земля и другие творения попадают в петлю Аримана и вращаются в вечном круге воплощений – колесе Шаншары (праобраз Зодиакального круга), которое заставляет разумные существа рождаться вновь и вновь, пока они не пройдут перевоплощения по всем знакам Зодиака.

В 32-летнем зороастрийском календаре тотемов седьмой год цикла обозначен тотемом ужа – змеи, символ колеса воплощений, кармических воздаяний, потока, несущего людей, скрытых течений. Итак, образом петли Аримана зороастрийцы являют миру змею, уробороса, кусающего собственный хвост.

Если мы проследим дальше, в авестийской традиции приняты два зодиакальных круга: нижний зодиак воплощенного мира Гетиг, и верхний зодиакальный круг идеального мира Меног, символически две змеи: белая и черная, замкнутые в кольца, уроборосы вечности, образы-двойники миров Меног и Гетиг.

Если сын тьмы Ангро-Магью, ворвавшись в мир Гетиг, нарушил целостность этого мира, вследствие чего возник земной круг воплощений, представленный в нашем мире знаками нижнего зодиака – от Овна до Рыб. Можно предположить, что сын света, белый двойник Ангро-Магью сотворил верхний круг зодиака, верхний зодиак мира Меног, представленный знаками – от Часов до Кита.

Ключевым знаком верхнего зодиака является Змееносец, тот, кто победил карму. Змееносец, или Змеедержец, способен управлять временем, иметь власть над временем прямым и обратным, временем Духа и временем Творения. Две змеи – символы двух видов времени. Змееносец, размыкающий кольцо нижнего зодиака, размыкающий петлю замкнутого пространства-времени в точке между Скорпионом и Стрельцом. Вторжение Змееносца в земной мир связано с даром Хварны человечеству. Мы видим древний авестийский миф не о спасителе – о приносящем дар Хварны. Только Хварна выделяет человека из времени, позволяет перемещаться в нем и дает возможность выйти за пределы замкнутого времени.

Для того чтобы разрушить оковы матрицы у древних авестийцев существовала традиция слияния с тотемом, полного уподобления образам тотемических животных. Такие же практики мы наблюдаем в культах многих народов. Считалось, что у человека есть тотем коллективный, тотем года рождения, входящий в 32-летний цикл. Это те образы коллективного бессознательного, отождествляясь с которыми, человек разрывает круг родовой кармы, вливаясь в эгрегор посвященных. Вспомним людей-леопардов в вуду, людей-медведей в культах северных народов. Посвящаемые очень долго изучали образ жизни своих тотемных животных, их привычки, практиковали полное отождествление с образом жизни, повадками этих животных, постоянно наблюдали за ними.

Тенденция уподобления змеям существует как в современной практике вуду, так и в практиках заклинателей змей в Индии. Посвященные получали власть над змеями, паранормальную способность направлять силой своей воли стаи змей на достижение своих целей, как черных, змеи-убийцы, так и защитных.

Интересен в этом контексте роман Елены Блонди “Татуиро”. Она создатель нескольких пересекающихся с миром матрицы в определенных точках параллельных миров. Первая книга трилогии о становлении мастера интересна именно этим срастанием человека с образом тотемического животного. Тату змейки на голени настолько воздействует на подсознание молодого талантливого фотографа, что в ход его жизни образ змеи вторгается неумолимо и властно. Змея разрастается по всему телу, она в состоянии как поглотить и уничтожить человека, так и дать ему дар усиления таланта. Человек не отказывается от содружества, даже симбиоза со змеей, и она помогает ему стать мастером. Настоящим мастером, дар которого проверяется на прочность жизнью. Змея становится анимой мастера, направляющей его дар. И появляются люди на страницах романа, отмеченные печатью змей. Люди-змеедержцы. У женщин это змей, анимус; у мужчин анима-змея. Мы видим, как образы коллективного бессознательного, становясь симбиотичекой частью человека, кардинально меняют его жизнь, бросая подобно Лилит в пучину испытаний, черные змеи скорпионьего Змееносца, змеи Хаомы, змеи сожженного пути. И это неизбежно в жизни этих людей-змееносцев: время перемен и личных катастроф, черные змеи бросают их на выжженную дорогу. Здесь мы встречаемся с интересным феноменом размыкания петли Аримана  в контексте романа. Петля времени-пространства матрицы размыкается в момент величайшего напряжения воли, в момент настоящего, когда экстремальные обстоятельства жизни приводят героиню к осознанию, что через секунду ее ждет смерть в конце выжженного пути, и вот тогда в ней проявляется  дар перехода. Светлым усилием воли она размыкает границы матрицы и попадает в мир другого измерения.

В этом дар Змееносца.

Коро