“Бахтин определяет уникальные черты романа, выделяющие его из других жанров: 1) полифония; 2) незавершенность; 3) открытость; 4) центробежность и центростремительность (первое преобладает). Эпос – это завершенная, итоговая и непреложная форма. Роман – это спорная, подлежащая оспариванию и оспаривающая форма.

Экскурс в философию романа мы можем завершить еще одной тезой Бахтина, сказавшего, что в те времена истории, когда роман склонен доминировать, он также «романизирует» и другие жанры. Это иногда касается, мы добавим, и жанров, далеких от словесности. Например, полотна Питера Брейгеля, скажем, «Битва Масленицы и Поста», или инсталляция Ильи Кабакова «Двенадцать персонажей» являются не чем иным, как визуальными романами. Добавим также, что роман «романизирует» и реальный мир. Уставшему от банальностей человеческому видению он дает глаз Адама, творит своего рода эпифанию обычных предметов.”

(Аксенов В.П. Судьба романа)

Ожидаемо никаких полезных откровений для меня-автора, напрочь не умеющей и не желающей быть самасебе-рекламщиком.
Автор прекрасно все написала, очень верно, вплоть до печального о старых друзьях, которые после просьбы о пиаре исчезают с горизонта (я решилась попросить один раз, потеряла хороший круг общения практически полностью, решила было, что это только ко мне такое отношение, но оказывается, это системное). И насчет “облобызать” тех, кто все остался и совершил(совершает) – есть они и я им бесконечно благодарна, лобызаю дадада ).
Но.
Все советы прекрасно должны быть взяты на вооружение не автором, если он хочет писать настоящее, писать, а не носиться по инстанциям, держа хвост морковкой и трубя о своей гениальности, и заводя знакомства с целью, а – литературным агентом, настоящим агентом, который и будет расхваливать авторские “пирожки”.
И кстати вот что интересно и повторяемо постоянно. В разные времена я уже прошла через пару всплесков советов, как мне лично, так и в печати, где авторам бодро рассказывали “под лежачий камень вода не течет” и призывали взбодриться, пойти туда, поехать сюда, завести связи, подружиться с нужниками етсетера етсетера.
А мои робкие вначале, и потом изрядно раздраженные “а писать мне когда, и что именно я напишу с такой жизнью” считались капризами пописывающей блондинки и отметались с ухмылками.
С появлением новых и новых форм общения “писатель-…-читатель” среднее звено меняется, то “издатель”, то “интернет-магазин”, то вот “краудфандинг”, то “издание по подписке”.
А советы, как перестать быть писателем и стать сам-себе-рекламным агентом остаются неизменными. Наверняка со времен Гомера.
PS. раз уж я так много понаписывала, хочу пожелать здоровья и всякого счастья моим прекрасным, мне “невыгодным друзьям”, которые практически мои соавторы, потому что и Квинто и Акул, и только что улетевшая домой Вера, и Маришка, и Саша и еще раз Саша, и конечно, Женечка, и еще несколько неперечисленных – все они составляют мир моего сердца, и когда я пишу, я как раз их пишу и для них пишу, без них мне не писалось бы.
Мне писателю они очень выгодны.
(этот постскриптум – главное и первое, что захотелось мне совершить после чтения статьи, а я себя ценю и прислушиваюсь к своим желаниям. Видимо, правильно и нещадно пропихнуть себя в первые ряды – не судьба мне)))